Второй проспект «Нового академического словаря» является результатом многолетней научной дискуссии, ведущейся с 60-х гг. XX в. В отличие от первого проспекта, написанного А. М. Бабкиным, содержит целостную продуманную концепцию словаря нового типа, которая излагается в свете научных воззрений современной лингвистики.
В проспекте затрагивается ряд важных теоретических вопросов, связанных с толковой лексикографией: понятие литературного языка и его хронологические рамки, понятие лексической системы и степень ее упорядоченности, понимание структуры лексического значения, проблемы стилистической дифференциации лексики в словаре, проблемы метаязыка словаря и др. Объект словаря, словник, типы источников, структура словарной статьи, типы дефиниций, система помет, принципы иллюстрирования обосновываются исходя из представленных теоретических предпосылок.
В качестве объекта описания выступает живой, функционирующий русский язык, представленный в синхронном срезе без исторической перспективы. В таком словаре предполагается описывать только такие единицы лексической системы прошлого, которые либо относятся к лексике основного словарного фонда, либо являются устаревшими, однако остаются актуальными для современного языкового сознания.
Словник Нового академического словаря предполагается расширить до 200 000 единиц, что существенно превышает общее число слов в Большом академическом словаре; при этом объем словаря должен быть сравнительно небольшим: пять — шесть томов. Пополнение словника планируется за счет обширных групп слов, традиционно оставляемых за пределами толковых словарей: это в первую очередь сниженная, жаргонная и терминологическая лексика, а также многочисленные производные слова, широкоупотребительные, но не описанные лексикографически. Сравнительно небольшой объем словаря при чрезвычайно обширном словнике предполагается обеспечить изменением традиционных принципов иллюстрирования, т. е. переходом от цитат к речениям, хотя основной целью такого перехода является не столько сокращение объема словаря, сколько отражение общеязыкового узуса.
Помимо художественной, публицистической и научно-популярной литературы, традиционно используемой в толковой лексикографии, предлагается привлекать нетрадиционные типы источников — переводную литературу, прессу, информационно-справочные тексты (путеводители, рекламные ролики, паспорта товаров, объявления и т. п.), речь теле- и радиопередач. Существенным отличием Нового академического словаря от предшествующих лексикографических изданий является использование электронной картотеки, представляющей собой массив текстов и их фрагментов, введенный в память компьютера и определенным образом структурированный.
Кардинальным изменениям подвергается система функционально-стилистических помет, принятая в предшествующих академических словарях: введены новые пометы жарг.[онное], детск.[ое], одобрит.[ельно], устаревающее и др., пересмотрено содержание пометы разг.[оворное]; важным шагом представляется также отказ от традиционной пометы прост.[оречное] из-за чрезвычайной неоднородности обозначаемого ей лексического пласта. Впервые в отечественной лексикографии вводятся прагматические пометы «+» и «–».
Обосновывается субъективность, противоречивость и размытость критериев, служащих для разграничения значений и оттенков слова, зависимость понятия оттенка от установок конкретного словаря. Исходя из этих положений в Новом академическом словаре лексико-семантические варианты описываются только на уровне значений без дальнейшего членения на оттенки.
Несмотря на несомненную новизну словаря в отношении общего замысла, объекта описания, источников материала, а также некоторых применяемых методов, в целом Новый академический словарь продолжает академическую лексикографическую традицию, которая проявляется в сохранении принятых ранее способов и приемов описания лексики с помощью универсальных и давно сложившихся типов словарных дефиниций без введения специального метаязыка.
Файл публикации
Библиография
1978
- Сороколетов Ф. П. Традиции русской советской лексикографии // Вопросы языкознания. 1978. №3. С. 26–42.Аннотация
В статье обобщаются результаты теоретической и практической работы в области отечественной лексикографии за шестидесятилетний советский период и формулируются задачи на ближайшее будущее. Подчеркивается, что успехи советской лексикографии связаны с достижениями советского языкознания, при этом опыт создания словарей различных типов благотворно влияет и на развитие лингвистики. Именно в советское время лексикография оформилась в самостоятельную научную дисциплину со своей теорией, задачами и методами их решения. Пути развития советской лексикографии определяются «ленинскими требованиями» к словарю современного языка: словарь образцового литературного языка, его нормативная направленность, учебный характер («для учения всех») и массовый характер (предназначенность для массового читателя).
Утверждается, что, согласно советской лексикографической традиции, адекватное и полное описание словарного состава языка осуществимо не в одном словаре, а в серии словарей. Для русской лексикографии систему словарей должны составить: словарь современного литературного языка, исторический словарь русского языка XIX в., исторический словарь русского языка XVIII в., словарь русских народных говоров, словарь древнерусского языка XI—XVII вв. Эту систему должны дополнять: словарь синонимов, фразеологический словарь, словарь антонимов, словообразовательный словарь, идеографический словарь и другие типы специальных лексикографических изданий. Первоочередной задачей является создание нормативно-стилистического словаря современного русского литературного языка.
1988
- Горбачевич К. С. Словарь литературного языка и язык художественной литературы // Словарные категории: Сборник статей / Отв. ред. Ю. Н. Караулов. М.: Наука, 1988. С. 155–161.Аннотация
Проблема соотношения литературного языка и языка художественной литературы рассматривается в статье в связи с формированием концепции «Нового академического словаря русского языка». Критикуется традиционное для отечественной нормативной лексикографии преобладание эмпирического материала, почерпнутого из классических литературно-художественных текстов, что обычно мыслится как «прививка» от избыточного лексикографического субъективизма. Автор статьи показывает, что подобный подход на самом деле приводит к ряду нежелательных последствий: во-первых, к смешению в словаре фактов общелитературного и индивидуально-авторского словоупотребления, во-вторых, к диспропорции между примерами из классической и современной литературы, и в-третьих, к недостаточному учету изменившейся «основы» современного русского литературного языка, особенно важное место в которой занимают теперь публицистические (газетные) и научные тексты.
В статье неоднократно подчеркивается, что все художественные тексты отражают объективно сложившиеся языковые нормы, но не все оказывают равное влияние на коллективную речевую практику, что особенно характерно для современной автору беллетристики. В связи с этим затрагивается проблематика хронологических и социолингвистических границ современного русского литературного языка, охватываемых нормативным словарем.
1994
- Скляревская Г. Н. Новый академический словарь. Проспект / Отв. ред. К. С. Горбачевич. СПб.: ИЛИ РАН, 1994.Аннотация
Второй проспект «Нового академического словаря» является результатом многолетней научной дискуссии, ведущейся с 60-х гг. XX в. В отличие от первого проспекта, написанного А. М. Бабкиным, содержит целостную продуманную концепцию словаря нового типа, которая излагается в свете научных воззрений современной лингвистики.
В проспекте затрагивается ряд важных теоретических вопросов, связанных с толковой лексикографией: понятие литературного языка и его хронологические рамки, понятие лексической системы и степень ее упорядоченности, понимание структуры лексического значения, проблемы стилистической дифференциации лексики в словаре, проблемы метаязыка словаря и др. Объект словаря, словник, типы источников, структура словарной статьи, типы дефиниций, система помет, принципы иллюстрирования обосновываются исходя из представленных теоретических предпосылок.
В качестве объекта описания выступает живой, функционирующий русский язык, представленный в синхронном срезе без исторической перспективы. В таком словаре предполагается описывать только такие единицы лексической системы прошлого, которые либо относятся к лексике основного словарного фонда, либо являются устаревшими, однако остаются актуальными для современного языкового сознания.
Словник Нового академического словаря предполагается расширить до 200 000 единиц, что существенно превышает общее число слов в Большом академическом словаре; при этом объем словаря должен быть сравнительно небольшим: пять — шесть томов. Пополнение словника планируется за счет обширных групп слов, традиционно оставляемых за пределами толковых словарей: это в первую очередь сниженная, жаргонная и терминологическая лексика, а также многочисленные производные слова, широкоупотребительные, но не описанные лексикографически. Сравнительно небольшой объем словаря при чрезвычайно обширном словнике предполагается обеспечить изменением традиционных принципов иллюстрирования, т. е. переходом от цитат к речениям, хотя основной целью такого перехода является не столько сокращение объема словаря, сколько отражение общеязыкового узуса.
Помимо художественной, публицистической и научно-популярной литературы, традиционно используемой в толковой лексикографии, предлагается привлекать нетрадиционные типы источников — переводную литературу, прессу, информационно-справочные тексты (путеводители, рекламные ролики, паспорта товаров, объявления и т. п.), речь теле- и радиопередач. Существенным отличием Нового академического словаря от предшествующих лексикографических изданий является использование электронной картотеки, представляющей собой массив текстов и их фрагментов, введенный в память компьютера и определенным образом структурированный.
Кардинальным изменениям подвергается система функционально-стилистических помет, принятая в предшествующих академических словарях: введены новые пометы жарг.[онное], детск.[ое], одобрит.[ельно], устаревающее и др., пересмотрено содержание пометы разг.[оворное]; важным шагом представляется также отказ от традиционной пометы прост.[оречное] из-за чрезвычайной неоднородности обозначаемого ей лексического пласта. Впервые в отечественной лексикографии вводятся прагматические пометы «+» и «–».
Обосновывается субъективность, противоречивость и размытость критериев, служащих для разграничения значений и оттенков слова, зависимость понятия оттенка от установок конкретного словаря. Исходя из этих положений в Новом академическом словаре лексико-семантические варианты описываются только на уровне значений без дальнейшего членения на оттенки.
Несмотря на несомненную новизну словаря в отношении общего замысла, объекта описания, источников материала, а также некоторых применяемых методов, в целом Новый академический словарь продолжает академическую лексикографическую традицию, которая проявляется в сохранении принятых ранее способов и приемов описания лексики с помощью универсальных и давно сложившихся типов словарных дефиниций без введения специального метаязыка.
1995
- Соловьев Н. В. К вопросу о соответствии грамматической характеристики слова в толковом словаре грамматическим теориям // Очередные задачи русской академической лексикографии / Отв. ред. Г. Н. Скляревская. СПб.: ИЛИ РАН, 1995. С. 44–57.Аннотация
В статье речь идет о проблеме выбора грамматической концепции, которую можно было бы положить в основу грамматической характеристики слова в Новом академическом словаре в условиях существования разных грамматических теорий. Предполагается, что такой основой может стать концепция, изложенная в «Русской грамматике» АН СССР 1980 г., поскольку она отвечает требованиям современности, широкой известности и апробированности. Положения этой концепции сравниваются с положениями «Грамматики русского языка» АН СССР 1952 г., которая использовалась в качестве базовой при работе над Большим и Малым академическими словарями. Выявляются различия между классификациями частей речи, представленными в этих двух грамматиках. Утверждается, что частеречная классификация из Грамматики 1980 г., несмотря на ее нетрадиционность, может быть использована в лексикографии.
Выдвигается тезис о том, что лексикографы вправе вносить коррективы в выбранную грамматическую концепцию. Говорится о принципиальных отступлениях от положений описательных грамматик в лексикографической практике, среди которых можно назвать: (1) неполное распределение лексики в словарях по грамматическим классам и оставление некоторых слов без частеречной характеристики; (2) введение дополнительных грамматических классов (предикативов и вводных слов), не учтенных в описательных грамматиках; (3) неприменимость в словарях грамматических квалификаций, указывающих на отнесенность лексической единицы одновременно к двум частям речи (частица-союз, частица-междометие, частица-местоимение и т. п.).
Затрагиваются некоторые другие вопросы, связанные с частеречной характеристикой лексики в словарях: обоснованность/необоснованность выделения в лексикографической практике вводных слов и предикативов; проблемы описания грамматических омофонов; проблемы отражения различных этапов перехода слова в другую часть речи.
- Герд А. С. К концепции Нового академического словаря. Отбор слов в словарь // Очередные задачи русской академической лексикографии / Отв. ред. Г. Н. Скляревская. СПб.: ИЛИ РАН, 1995. С. 24–30.Аннотация
Словник Нового академического словаря оценивается в статье с позиции социолингвистики, при этом любой текст, являющийся источником словаря, рассматривается как фрагмент коммуникативной ситуации. Отражение лексики русского языка, употребляемой в различных коммуникативных ситуациях, представляется одной из важнейших задач такого словаря, поскольку он призван показывать активное функционирование языка как в письменной, так и в устной форме. Предполагается, что в словаре должна найти место лексика всех основных стереотипных видов коммуникативных ситуаций: повседневных (диалоги в транспорте, магазинах, поликлиниках, кассах и т. п.), деловых (в суде, при оформлении договоров, при взаимодействии начальника и подчиненного и т. п.), а также связанных со специализированными, но не узкопрофессиональными сферами деятельности (туризм, спорт, рыболовство и т. п.); при этом диалектная и регионально-городская речь, а также языки науки и техники в их собственно профессиональном внутрисистемном функционировании останутся за пределами словаря. Приводится ряд параметров, свидетельствующих о социальной и узуальной закрепленности слова, в соответствии с которыми должен производиться отбор слов в словарь. Предлагается новая лексикографическая техника для описания формул речевого этикета: использование особой пометы «сл. реч. этик.» для обозначения таких единиц, а также вынесение однословных этикетных формул в отдельную вокабулу.