Второй проспект «Нового академического словаря» является результатом многолетней научной дискуссии, ведущейся с 60-х гг. XX в. В отличие от первого проспекта, написанного А. М. Бабкиным, содержит целостную продуманную концепцию словаря нового типа, которая излагается в свете научных воззрений современной лингвистики.
В проспекте затрагивается ряд важных теоретических вопросов, связанных с толковой лексикографией: понятие литературного языка и его хронологические рамки, понятие лексической системы и степень ее упорядоченности, понимание структуры лексического значения, проблемы стилистической дифференциации лексики в словаре, проблемы метаязыка словаря и др. Объект словаря, словник, типы источников, структура словарной статьи, типы дефиниций, система помет, принципы иллюстрирования обосновываются исходя из представленных теоретических предпосылок.
В качестве объекта описания выступает живой, функционирующий русский язык, представленный в синхронном срезе без исторической перспективы. В таком словаре предполагается описывать только такие единицы лексической системы прошлого, которые либо относятся к лексике основного словарного фонда, либо являются устаревшими, однако остаются актуальными для современного языкового сознания.
Словник Нового академического словаря предполагается расширить до 200 000 единиц, что существенно превышает общее число слов в Большом академическом словаре; при этом объем словаря должен быть сравнительно небольшим: пять — шесть томов. Пополнение словника планируется за счет обширных групп слов, традиционно оставляемых за пределами толковых словарей: это в первую очередь сниженная, жаргонная и терминологическая лексика, а также многочисленные производные слова, широкоупотребительные, но не описанные лексикографически. Сравнительно небольшой объем словаря при чрезвычайно обширном словнике предполагается обеспечить изменением традиционных принципов иллюстрирования, т. е. переходом от цитат к речениям, хотя основной целью такого перехода является не столько сокращение объема словаря, сколько отражение общеязыкового узуса.
Помимо художественной, публицистической и научно-популярной литературы, традиционно используемой в толковой лексикографии, предлагается привлекать нетрадиционные типы источников — переводную литературу, прессу, информационно-справочные тексты (путеводители, рекламные ролики, паспорта товаров, объявления и т. п.), речь теле- и радиопередач. Существенным отличием Нового академического словаря от предшествующих лексикографических изданий является использование электронной картотеки, представляющей собой массив текстов и их фрагментов, введенный в память компьютера и определенным образом структурированный.
Кардинальным изменениям подвергается система функционально-стилистических помет, принятая в предшествующих академических словарях: введены новые пометы жарг.[онное], детск.[ое], одобрит.[ельно], устаревающее и др., пересмотрено содержание пометы разг.[оворное]; важным шагом представляется также отказ от традиционной пометы прост.[оречное] из-за чрезвычайной неоднородности обозначаемого ей лексического пласта. Впервые в отечественной лексикографии вводятся прагматические пометы «+» и «–».
Обосновывается субъективность, противоречивость и размытость критериев, служащих для разграничения значений и оттенков слова, зависимость понятия оттенка от установок конкретного словаря. Исходя из этих положений в Новом академическом словаре лексико-семантические варианты описываются только на уровне значений без дальнейшего членения на оттенки.
Несмотря на несомненную новизну словаря в отношении общего замысла, объекта описания, источников материала, а также некоторых применяемых методов, в целом Новый академический словарь продолжает академическую лексикографическую традицию, которая проявляется в сохранении принятых ранее способов и приемов описания лексики с помощью универсальных и давно сложившихся типов словарных дефиниций без введения специального метаязыка.
Файл публикации
Библиография
1978
- Сороколетов Ф. П. Традиции русской советской лексикографии // Вопросы языкознания. 1978. №3. С. 26–42.Аннотация
В статье обобщаются результаты теоретической и практической работы в области отечественной лексикографии за шестидесятилетний советский период и формулируются задачи на ближайшее будущее. Подчеркивается, что успехи советской лексикографии связаны с достижениями советского языкознания, при этом опыт создания словарей различных типов благотворно влияет и на развитие лингвистики. Именно в советское время лексикография оформилась в самостоятельную научную дисциплину со своей теорией, задачами и методами их решения. Пути развития советской лексикографии определяются «ленинскими требованиями» к словарю современного языка: словарь образцового литературного языка, его нормативная направленность, учебный характер («для учения всех») и массовый характер (предназначенность для массового читателя).
Утверждается, что, согласно советской лексикографической традиции, адекватное и полное описание словарного состава языка осуществимо не в одном словаре, а в серии словарей. Для русской лексикографии систему словарей должны составить: словарь современного литературного языка, исторический словарь русского языка XIX в., исторический словарь русского языка XVIII в., словарь русских народных говоров, словарь древнерусского языка XI—XVII вв. Эту систему должны дополнять: словарь синонимов, фразеологический словарь, словарь антонимов, словообразовательный словарь, идеографический словарь и другие типы специальных лексикографических изданий. Первоочередной задачей является создание нормативно-стилистического словаря современного русского литературного языка.
1988
- Горбачевич К. С. Словарь литературного языка и язык художественной литературы // Словарные категории: Сборник статей / Отв. ред. Ю. Н. Караулов. М.: Наука, 1988. С. 155–161.Аннотация
Проблема соотношения литературного языка и языка художественной литературы рассматривается в статье в связи с формированием концепции «Нового академического словаря русского языка». Критикуется традиционное для отечественной нормативной лексикографии преобладание эмпирического материала, почерпнутого из классических литературно-художественных текстов, что обычно мыслится как «прививка» от избыточного лексикографического субъективизма. Автор статьи показывает, что подобный подход на самом деле приводит к ряду нежелательных последствий: во-первых, к смешению в словаре фактов общелитературного и индивидуально-авторского словоупотребления, во-вторых, к диспропорции между примерами из классической и современной литературы, и в-третьих, к недостаточному учету изменившейся «основы» современного русского литературного языка, особенно важное место в которой занимают теперь публицистические (газетные) и научные тексты.
В статье неоднократно подчеркивается, что все художественные тексты отражают объективно сложившиеся языковые нормы, но не все оказывают равное влияние на коллективную речевую практику, что особенно характерно для современной автору беллетристики. В связи с этим затрагивается проблематика хронологических и социолингвистических границ современного русского литературного языка, охватываемых нормативным словарем.
1994
- Скляревская Г. Н. Новый академический словарь. Проспект / Отв. ред. К. С. Горбачевич. СПб.: ИЛИ РАН, 1994.Аннотация
Второй проспект «Нового академического словаря» является результатом многолетней научной дискуссии, ведущейся с 60-х гг. XX в. В отличие от первого проспекта, написанного А. М. Бабкиным, содержит целостную продуманную концепцию словаря нового типа, которая излагается в свете научных воззрений современной лингвистики.
В проспекте затрагивается ряд важных теоретических вопросов, связанных с толковой лексикографией: понятие литературного языка и его хронологические рамки, понятие лексической системы и степень ее упорядоченности, понимание структуры лексического значения, проблемы стилистической дифференциации лексики в словаре, проблемы метаязыка словаря и др. Объект словаря, словник, типы источников, структура словарной статьи, типы дефиниций, система помет, принципы иллюстрирования обосновываются исходя из представленных теоретических предпосылок.
В качестве объекта описания выступает живой, функционирующий русский язык, представленный в синхронном срезе без исторической перспективы. В таком словаре предполагается описывать только такие единицы лексической системы прошлого, которые либо относятся к лексике основного словарного фонда, либо являются устаревшими, однако остаются актуальными для современного языкового сознания.
Словник Нового академического словаря предполагается расширить до 200 000 единиц, что существенно превышает общее число слов в Большом академическом словаре; при этом объем словаря должен быть сравнительно небольшим: пять — шесть томов. Пополнение словника планируется за счет обширных групп слов, традиционно оставляемых за пределами толковых словарей: это в первую очередь сниженная, жаргонная и терминологическая лексика, а также многочисленные производные слова, широкоупотребительные, но не описанные лексикографически. Сравнительно небольшой объем словаря при чрезвычайно обширном словнике предполагается обеспечить изменением традиционных принципов иллюстрирования, т. е. переходом от цитат к речениям, хотя основной целью такого перехода является не столько сокращение объема словаря, сколько отражение общеязыкового узуса.
Помимо художественной, публицистической и научно-популярной литературы, традиционно используемой в толковой лексикографии, предлагается привлекать нетрадиционные типы источников — переводную литературу, прессу, информационно-справочные тексты (путеводители, рекламные ролики, паспорта товаров, объявления и т. п.), речь теле- и радиопередач. Существенным отличием Нового академического словаря от предшествующих лексикографических изданий является использование электронной картотеки, представляющей собой массив текстов и их фрагментов, введенный в память компьютера и определенным образом структурированный.
Кардинальным изменениям подвергается система функционально-стилистических помет, принятая в предшествующих академических словарях: введены новые пометы жарг.[онное], детск.[ое], одобрит.[ельно], устаревающее и др., пересмотрено содержание пометы разг.[оворное]; важным шагом представляется также отказ от традиционной пометы прост.[оречное] из-за чрезвычайной неоднородности обозначаемого ей лексического пласта. Впервые в отечественной лексикографии вводятся прагматические пометы «+» и «–».
Обосновывается субъективность, противоречивость и размытость критериев, служащих для разграничения значений и оттенков слова, зависимость понятия оттенка от установок конкретного словаря. Исходя из этих положений в Новом академическом словаре лексико-семантические варианты описываются только на уровне значений без дальнейшего членения на оттенки.
Несмотря на несомненную новизну словаря в отношении общего замысла, объекта описания, источников материала, а также некоторых применяемых методов, в целом Новый академический словарь продолжает академическую лексикографическую традицию, которая проявляется в сохранении принятых ранее способов и приемов описания лексики с помощью универсальных и давно сложившихся типов словарных дефиниций без введения специального метаязыка.
1995
- Корованенко Т. А. Источники Нового академического словаря // Очередные задачи русской академической лексикографии / Отв. ред. Г. Н. Скляревская. СПб.: ИЛИ РАН, 1995. С. 31–43.Аннотация
В статье говорится о необходимости расширения круга источников, используемых при работе над Новым академическим словарем, в сравнении с традиционно принятыми в толковой лексикографии. Необходимость такого расширения обусловлена несколькими причинами: изменением политической, литературной и языковой ситуации в России конца ХХ в.; изменением круга литературных произведений, которые можно считать общественно-значимыми; актуализацией иных литературных жанров; ориентацией на относительно полное отражение стандартов современного словоупотребления в нормативно-стилистическом словаре; новым уровнем развития современной лексикографии, стилистики, теории перевода.
Круг источников традиционного типа, к которым относились преимущественно художественные произведения авторитетных писателей, предлагается расширить за счет включения «непризнанной» литературы (в том числе эмигрантской), публицистики (представленной в словарной картотеке достаточно скудно), научно-популярных текстов, отражающих новые и недавно легализованные области знания, киносценариев, текстов авторской и эстрадной песни. Из источников нетрадиционного типа предлагается широко использовать переводную литературу, прессу, записи теле- и радиопередач, материалы разговорной речи.
Важным аргументом в пользу такого существенного обновления эмпирической базы словаря является непредставленность определенных лексических пластов в традиционно привлекаемой для лексикографической работы художественной литературе. Между тем тексты теле- и радиопередач, киносценарии, записи обиходно-бытовых диалогов могут служить продуктивным источником разговорной лексики, пресса — источником неологизмов, а переводная литература — источником интернационализмов, этнографизмов, жаргонизмов и некоторых других лексических групп. Такое разнообразие жанров позволит существенно дополнить общую картину живого языка современности.
- Откупщикова М. И. Местоименные слова в Новом академическом словаре // Очередные задачи русской академической лексикографии / Отв. ред. Г. Н. Скляревская. СПб.: ИЛИ РАН, 1995. С. 130–139.Аннотация
Статья посвящена некоторым теоретическим вопросам, связанным с выделением местоименного класса в системе частей речи и определением его объема, а также непосредственно вытекающим из этого проблемам лексикографической разработки местоимений. Точка зрения, в соответствии с которой в состав местоименного класса помимо местоименных существительных и прилагательных включаются также местоименные наречия, числительные, частицы и др., получает лингвистическое обоснование путем учета ряда критериев для выделения частей речи. В статье приводится полный перечень таких критериев, распределяемых по степени предпочтительности для каждой рассматриваемой части речи. На основе критериев, наиболее предпочтительных для местоименного класса, определяется специфика общей и функциональной семантики и гипертекстовой функции местоимений, специфичный набор характерных для них словообразовательных моделей, а также их соотнесенность с обычными частями речи.
Характерные особенности местоименного класса находят отражение в лексикографической разработке. В связи с двойственной природой местоимений в Новом академическом словаре предлагается использовать двойные частеречные пометы (местоим. сущ., местоим. наречие, местоим. безл. предик., местоим. частица и др.). Рекомендуется описывать функциональную семантику местоимений (т. е. отнесенность к определенному разряду) при помощи толкований без использования специальных терминов. Отказ от указания на разряд при словарном описании местоимений аргументируется ориентацией словаря на широкий круг читателей, не знакомых с лингвистической терминологией, а также неудовлетворительностью принятой функционально-семантической классификации местоимений, в связи с чем предлагается усовершенствованная классификация, включающая целый ряд неучтенных ранее местоименных разрядов. Приводятся примеры описания функциональной семантики местоимений в толкованиях. Рекомендуется определенный порядок расположения значений в словарной статье в зависимости от степени их предпочтительности. Обосновывается необходимость вынесения в отдельную словарную статью ряда составных местоимений, образованных по высокопродуктивным моделям.