Второй проспект «Нового академического словаря» является результатом многолетней научной дискуссии, ведущейся с 60-х гг. XX в. В отличие от первого проспекта, написанного А. М. Бабкиным, содержит целостную продуманную концепцию словаря нового типа, которая излагается в свете научных воззрений современной лингвистики.
В проспекте затрагивается ряд важных теоретических вопросов, связанных с толковой лексикографией: понятие литературного языка и его хронологические рамки, понятие лексической системы и степень ее упорядоченности, понимание структуры лексического значения, проблемы стилистической дифференциации лексики в словаре, проблемы метаязыка словаря и др. Объект словаря, словник, типы источников, структура словарной статьи, типы дефиниций, система помет, принципы иллюстрирования обосновываются исходя из представленных теоретических предпосылок.
В качестве объекта описания выступает живой, функционирующий русский язык, представленный в синхронном срезе без исторической перспективы. В таком словаре предполагается описывать только такие единицы лексической системы прошлого, которые либо относятся к лексике основного словарного фонда, либо являются устаревшими, однако остаются актуальными для современного языкового сознания.
Словник Нового академического словаря предполагается расширить до 200 000 единиц, что существенно превышает общее число слов в Большом академическом словаре; при этом объем словаря должен быть сравнительно небольшим: пять — шесть томов. Пополнение словника планируется за счет обширных групп слов, традиционно оставляемых за пределами толковых словарей: это в первую очередь сниженная, жаргонная и терминологическая лексика, а также многочисленные производные слова, широкоупотребительные, но не описанные лексикографически. Сравнительно небольшой объем словаря при чрезвычайно обширном словнике предполагается обеспечить изменением традиционных принципов иллюстрирования, т. е. переходом от цитат к речениям, хотя основной целью такого перехода является не столько сокращение объема словаря, сколько отражение общеязыкового узуса.
Помимо художественной, публицистической и научно-популярной литературы, традиционно используемой в толковой лексикографии, предлагается привлекать нетрадиционные типы источников — переводную литературу, прессу, информационно-справочные тексты (путеводители, рекламные ролики, паспорта товаров, объявления и т. п.), речь теле- и радиопередач. Существенным отличием Нового академического словаря от предшествующих лексикографических изданий является использование электронной картотеки, представляющей собой массив текстов и их фрагментов, введенный в память компьютера и определенным образом структурированный.
Кардинальным изменениям подвергается система функционально-стилистических помет, принятая в предшествующих академических словарях: введены новые пометы жарг.[онное], детск.[ое], одобрит.[ельно], устаревающее и др., пересмотрено содержание пометы разг.[оворное]; важным шагом представляется также отказ от традиционной пометы прост.[оречное] из-за чрезвычайной неоднородности обозначаемого ей лексического пласта. Впервые в отечественной лексикографии вводятся прагматические пометы «+» и «–».
Обосновывается субъективность, противоречивость и размытость критериев, служащих для разграничения значений и оттенков слова, зависимость понятия оттенка от установок конкретного словаря. Исходя из этих положений в Новом академическом словаре лексико-семантические варианты описываются только на уровне значений без дальнейшего членения на оттенки.
Несмотря на несомненную новизну словаря в отношении общего замысла, объекта описания, источников материала, а также некоторых применяемых методов, в целом Новый академический словарь продолжает академическую лексикографическую традицию, которая проявляется в сохранении принятых ранее способов и приемов описания лексики с помощью универсальных и давно сложившихся типов словарных дефиниций без введения специального метаязыка.
Файл публикации
Библиография
1995
- Откупщикова М. И. Безлично-предикативные слова (категория состояния) в Новом академическом словаре // Очередные задачи русской академической лексикографии / Отв. ред. Г. Н. Скляревская. СПб.: ИЛИ РАН, 1995. С. 140–144.Аннотация
В статье обосновывается правомерность выделения безлично-предикативных слов в отдельный грамматический класс на основе критериев выделения частей речи: критерия категориальной семантики, критерия синтаксической функции и критерия синтаксической сочетаемости, которые представляются предпочтительными для данной группы слов (перечень всех критериев см. в статье М. И. Откупщиковой).
В соответствии с критерием категориальной семантики безлично-предикативные слова выделяются по характерному значению состояния, не связанному с протеканием действия. В соответствии с критерием синтаксической сочетаемости у безлично-предикативных слов обнаруживается особый набор моделей управления. Критерий синтаксической функции не выявляет специфики данной части речи, т. к. функция сказуемого, единственная и обязательная для безлично-предикативных слов, оказывается общей с другими группами слов. Применение перечисленных критериев в совокупности позволяет отграничить безлично-предикативные слова от лексических единиц, идентичных им по форме (безличных глаголов и причастий, наречий на -о, существительных).
Исходя из приведенных аргументов даются рекомендации по разработке безлично-предикативных слов в Новом академическом словаре: рассматриваются случаи их вынесения / невынесения в отдельную вокабулу, предлагается сопровождение таких единиц особой частеречной пометой.
- Корованенко Т. А. Проблемы семантики в Новом академическом словаре // Очередные задачи русской академической лексикографии / Отв. ред. Г. Н. Скляревская. СПб.: ИЛИ РАН, 1995. С. 58–89.Аннотация
В статье поднимаются важнейшие теоретические вопросы, связанные с отражением семантики лексических единиц в толковом словаре: понятие лексического значения и аспекты его проявления; понятие оттенка и употребления и их отношение к значению; проблемы репрезентации смысловой структуры слова в словарной статье; проблемы разграничения многозначности и омонимии. Решение этих вопросов соответствует общей функционально-семантической направленности Нового академического словаря и вытекающим из нее принципам описания лексики, среди которых можно выделить: стремление к максимально полному охвату значений слова в сочетании с детальной смысловой разработкой; стремление к отражению динамики смысловой структуры слова с опорой на логические отношения, актуальные для современного языкового сознания; стремление к максимально широкому показу функционирования слова в языке и речи.
В Новом академическом словаре предполагается существенное расширение информации о слове по всем аспектам лексического значения — денотативному, понятийному и языковому. Эта установка должна проявиться в увеличении семантической емкости толкования за счет расширения набора приводимых дифференциальных признаков, включения в толкование дополнительных ментальных (эстетических, психологических, символических и т. п.) нагрузок, а также за счет введения дополнительных сведений о сочетаемостных свойствах слова.
Предлагается синхронно-логический принцип расположения значений в словарной статье в противопоставление традиционному историческому. В словах с разветвленной сетью значений этот принцип предполагается реализовать в форме семантического гнездования: значения совместно с оттенками и употреблениями планируется объединять в семантические блоки, каждый из которых должен соотноситься с какой-либо общей идеей. Совместно с логическим принципом применяется принцип расположения значений в соответствии с убыванием семантической общности и возрастанием потенции к обособлению в омонимы. Вопрос об установлении границ между многозначностью и омонимией решается в Новом академическом словаре в пользу ограничения омонимии, что объясняется как собственно структурными особенностями словаря, так и ассоциативной природой человеческого мышления, благодаря которой сохраняется связь между потенциальными омонимами.
Затрагиваются проблемы, связанные с неоднозначностью понятия оттенка, зыбкостью критериев его выделения, разнородностью семантических сдвигов, относимых к этой категории в лексикографической практике. Для решения обозначенных проблем в Новом академическом словаре предлагается сузить границы оттенка, высвободив из-под него целый ряд семантических явлений, а также ввести дополнительный лексикографический знак (–) помимо традиционного (//) для разграничения разных типов семантического варьирования. Границы словоупотреблений, напротив, предлагается расширить, включив в словарь контекстуальные сочетания и отграничив их от узуальных особым знаком (/), что должно способствовать усилению динамизма в словаре.
Реализация предложенных решений иллюстрируется на примере нескольких объемных словарных статей, описывающих многозначные слова с разветвленной семантической структурой (автор, дом, белый, вода, рожок).
- Сороколетов Ф. П. К проблеме создания словаря собственно современного русского литературного языка // Очередные задачи русской академической лексикографии / Отв. ред. Г. Н. Скляревская. СПб: ИЛИ РАН, 1995. С. 4–14.Аннотация
В статье идет речь о назревшей необходимости в создании нового нормативно-стилистического толкового словаря, в котором должна найти отражение лексика русского литературного языка второй половины XX века, еще не описанная на тот момент лексикографически. В словаре, в целом продолжающем традиции русской академической лексикографии, ряд ключевых вопросов предлагается решать по-новому, с учетом современных тенденций в развитии русского языка и достижений современной лингвистики, поскольку без этого невозможно создание словаря, отвечающего запросам современности.
В сравнении с предшествующими лексикографическими изданиями вводятся следующие инновации: (1) существенно сужаются хронологические рамки словаря (предполагается, что новый словарь должен охватывать материалы только второй половины XX века, т. е. отражать язык современного поколения носителей русского языка); (2) значительно расширяется круг источников (помимо художественной литературы привлекаются научные, научно-популярные, публицистические тексты, а также язык прессы и разговорной речи, поскольку во второй половине XX века именно они существенно влияют на развитие норм современного словоупотребления); (3) увеличивается объем словника до 200 000 единиц (за счет более широкого включения терминологии, иноязычных заимствований, разговорных лексем, неологизмов, которые активно проникают в систему общелитературного языка); (4) изменяются приемы иллюстрирования (вместо цитат будут приводится наиболее употребительные свободные сочетания слов с целью показа активного функционирования слова в речи); (5) расширяется объем лингвистической информации о слове (каждая единица должна получать полное разностороннее описание, отражающее все уровни языковой структуры). Говорится о новом, «функциональном» подходе к описанию лексического состава в словаре, который должен обеспечить «представление языка как системы в живом процессе ее функционирования».
- Соловьев Н. В. К вопросу о соответствии грамматической характеристики слова в толковом словаре грамматическим теориям // Очередные задачи русской академической лексикографии / Отв. ред. Г. Н. Скляревская. СПб.: ИЛИ РАН, 1995. С. 44–57.Аннотация
В статье речь идет о проблеме выбора грамматической концепции, которую можно было бы положить в основу грамматической характеристики слова в Новом академическом словаре в условиях существования разных грамматических теорий. Предполагается, что такой основой может стать концепция, изложенная в «Русской грамматике» АН СССР 1980 г., поскольку она отвечает требованиям современности, широкой известности и апробированности. Положения этой концепции сравниваются с положениями «Грамматики русского языка» АН СССР 1952 г., которая использовалась в качестве базовой при работе над Большим и Малым академическими словарями. Выявляются различия между классификациями частей речи, представленными в этих двух грамматиках. Утверждается, что частеречная классификация из Грамматики 1980 г., несмотря на ее нетрадиционность, может быть использована в лексикографии.
Выдвигается тезис о том, что лексикографы вправе вносить коррективы в выбранную грамматическую концепцию. Говорится о принципиальных отступлениях от положений описательных грамматик в лексикографической практике, среди которых можно назвать: (1) неполное распределение лексики в словарях по грамматическим классам и оставление некоторых слов без частеречной характеристики; (2) введение дополнительных грамматических классов (предикативов и вводных слов), не учтенных в описательных грамматиках; (3) неприменимость в словарях грамматических квалификаций, указывающих на отнесенность лексической единицы одновременно к двум частям речи (частица-союз, частица-междометие, частица-местоимение и т. п.).
Затрагиваются некоторые другие вопросы, связанные с частеречной характеристикой лексики в словарях: обоснованность/необоснованность выделения в лексикографической практике вводных слов и предикативов; проблемы описания грамматических омофонов; проблемы отражения различных этапов перехода слова в другую часть речи.
- Герд А. С. К концепции Нового академического словаря. Отбор слов в словарь // Очередные задачи русской академической лексикографии / Отв. ред. Г. Н. Скляревская. СПб.: ИЛИ РАН, 1995. С. 24–30.Аннотация
Словник Нового академического словаря оценивается в статье с позиции социолингвистики, при этом любой текст, являющийся источником словаря, рассматривается как фрагмент коммуникативной ситуации. Отражение лексики русского языка, употребляемой в различных коммуникативных ситуациях, представляется одной из важнейших задач такого словаря, поскольку он призван показывать активное функционирование языка как в письменной, так и в устной форме. Предполагается, что в словаре должна найти место лексика всех основных стереотипных видов коммуникативных ситуаций: повседневных (диалоги в транспорте, магазинах, поликлиниках, кассах и т. п.), деловых (в суде, при оформлении договоров, при взаимодействии начальника и подчиненного и т. п.), а также связанных со специализированными, но не узкопрофессиональными сферами деятельности (туризм, спорт, рыболовство и т. п.); при этом диалектная и регионально-городская речь, а также языки науки и техники в их собственно профессиональном внутрисистемном функционировании останутся за пределами словаря. Приводится ряд параметров, свидетельствующих о социальной и узуальной закрепленности слова, в соответствии с которыми должен производиться отбор слов в словарь. Предлагается новая лексикографическая техника для описания формул речевого этикета: использование особой пометы «сл. реч. этик.» для обозначения таких единиц, а также вынесение однословных этикетных формул в отдельную вокабулу.