лексикографические традиции история лексикографии
Публикации

1895

  • Записка А. А. Шахматова о «Словаре русского языка», 1895 г. // Сборник Отделения русского языка и словесности Императорской Академии наук. Т. 64. СПб., 1899. С. XII–XVI.

    В записке декларируется и обосновывается радикальная смена концепции академического «Словаря русского языка», первый том которого был подготовлен Я. К. Гротом. Задуманный как описание русского литературного языка на материале цитат из «лучших наших писателей» от эпохи Ломоносова до конца XIX в., словарь, по мысли А. А. Шахматова, должен был перейти на более широкое основание: он должен был стать словарем живого русского языка и включить в себя «все и всякие известные II-му Отделению <Академии наук> русские слова», в том числе областные. Таким образом, нормативный подход к лексикографическому описанию словарного состава заменялся историко-тезаурусным.

1932

  • Державин Н. С. История языка и работы Академии Наук СССР над изданием «Словаря современного русского языка» // Вестник АН СССР. 1932. №4. Стб. 1-12.

    Одна из двух программных статей (наравне со статьей Н. С. Державина и С. П. Обнорского), комментирующих начало издания академического «Словаря русского языка» под ред. Н. С. Державина (1929-1937 гг.). Пользуясь риторикой диалектического материализма, автор доказывает важность его создания и необходимость выделения соответствующего финансирования.

    Анализируются факторы влияния событий послереволюционного периода в России на русский язык, и таким образом аргументируется факт формирования национального языка советского государства, который требуется описать в словаре. В рамках философии марксизма-ленинизма обосновываются функционально-стилистические и хронологические рамки словаря (русский язык во всех сферах его употребления на всей занимаемой им территории с XVIII в. до времени создания словаря).

    Ставится акцент на том, что при описании языка в его исторической перспективе особенное внимание следует уделить современному его состоянию, отражающему интенсивное развитие общественно-политической сферы жизни государства, его промышленности, науки, культуры и т. п. Указывается, что адресатом словаря является широкий круг читателей. Оценивается место данного словаря среди других академических словарей русского языка, при этом подчеркивается острая нехватка законченного словаря современного русского языка.

  • Державин Н. С., Обнорский С. П. История и техника издания словаря русского языка Академии Наук СССР // Вестник АН СССР. 1932. № 7. Стб. 13-26.

    Одна из двух программных статей (наравне со статьей Н. С. Державина), комментирующих начало издания академического «Словаря русского языка» под ред. Н. С. Державина (1929-1937 гг.). Авторы статьи определяют его место как самостоятельного издания среди других академических толковых словарей русского языка, с тем чтобы обратить внимание на данный проект как значимый и требующий значительных ресурсов.

    История отечественной лексикографии в угоду политической конъюнктуре 1930-х гг. представлена не столько как следствие смены научных парадигм и исторических обстоятельств, сколько как история борьбы «народного» начала с «государственным» (тем не менее, основные особенности представленных лексикографических проектов отмечены объективно). В контексте проявления «народного» начала в лексикографии представлены «Толковый словарь живого великорусского языка» В. И. Даля и «Словарь русского языка» под ред. А. А. Шахматова.

    Историко-тезаурусный принцип «Словаря русского языка» под ред. А. А. Шахматова преподносится в позитивном ключе как удобный способ отражения в словаре послереволюционных общественных изменений, чем мотивируется концепция «Словаря русского языка» под ред. Н. С. Державина как словаря языка нового времени (с XVIII в. до времени создания словаря) во всех сферах его бытования с акцентом на современность.

1957

  • Абаев В. И. О подаче омонимов в словаре // Вопросы языкознания. 1957. №3. С. 31–43.

    Статья посвящена теоретической проблеме омонимии и вопросам подачи омонимов в словаре. Идеи В. И. Абаева возникли в контексте обсуждения вопросов грамматики и лексикографии, инициированного лингвистической дискуссией 1950 г. и изданием БАС-1. 

    Автор обращает внимание на проблему «широкого понимания» омонимов и отмечает тенденцию все чаще рассматривать отдельные случаи полисемии как омонимию, что особенно заметно на примере переизданий одного и того же словаря (напр., «Словаря русского языка» С. И. Ожегова). Кроме того, В. И. Абаев отмечает, что инструкция к МАС-1 (1953) внушает опасения, что новый словарь пострадает от волюнтаризма лексикографов в вопросе омонимии.

    В статье рассматриваются разные точки зрения на этот вопрос, но с опорой на большое количество иллюстративного материала признается правильной только одна: омонимами могут считаться слова, совпадающие по звучанию, но разные по происхождению, а разные значения одного слова, даже сильно разошедшиеся по семантике, должны рассматриваться как явление полисемии (отдельно оговариваются словообразовательные омонимы). Главный аргумент В. И. Абаева заключается в том, что историческая лексикология может дать точный ответ, каково происхождение слов — общее или различное, в то время как объективных инструментов, позволяющих определить, достаточно ли сильно разошлись значения полисеманта, не существует. В этой связи поднимается вопрос о синхронном и диахроническом подходе к грамматике и лексикографии и о ценности исторического подхода к оценке современных языковых фактов. 

    Данная статья стала поводом для большой дискуссии об омонимии, получившей отражение в обсуждении, состоявшемся в 1960 г. в Ленинградском отделении Института языкознания АН СССР.

1958

  • Цейтлин Р. М. Краткий очерк истории русской лексикографии (словари русского языка). М.: Учпедгиз, 1958. 136 с.

    В монографии представлено развитие отечественной лексикографии от момента появления письменности на Руси до середины XX в. В разделах, посвященных доакадемической эпохе, кратко описаны основные черты древнерусских глоссариев и азбуковников XIII–XVIII вв., охарактеризованы первые печатные восточнославянские словари XVI–XVII вв., переводные словари второй половины XVII — начала XVIII в. и другие лексикографические проекты.

    Характеризуется первый российский академический словарь — «Словарь Академии Российской», отражающий две языковые стихии — «славенскую» и собственно русскую, — и удовлетворивший актуальный для российского общества рубежа XVIII–XIX вв. запрос на нормативность. Второе издание академического словаря — «Словарь Академии Российской, по азбучному порядку расположенный» — оценивается с точки зрения соответствия нормам живого русского языка начала XIX в.: подчеркивается, что хотя словарь стал более удобным для использования благодаря введению алфавитного порядка слов, других изменений и дополнений по сравнению с первым изданием в нем было довольно мало.

    Общественные и лексикографические дискуссии первой половины XIX в. описываются в связи со словарными проектами, появившимися в эту эпоху: рассматриваются проекты словарей, словари древнерусского языка, этимологические и синонимические словари. Убедительно демонстрируется обусловленность концепции академического «Словаря церковнославянского и русского языка» 1847 г. архаистическими идеями начала XIX в. Этот словарь был задуман как «сокровищница языка», основанная на памятниках всего письменного периода.

    Рассказывается о ряде неакадемических проектов XIX — начала XX вв., особое место отводится «Словарю церковнославянского языка» А. Х. Востокова, «Материалам к словарю древнерусского языка» И. И. Срезневского и «Толковому словарю живого великорусского языка» В. И. Даля. В отдельной главе в контексте развития сравнительно-исторического языкознания рассматриваются этимологические словари русского языка Н. В. Горяева и А. Г. Преображенского.

    Показано, как идея переиздания «Словаря церковнославянского и русского языка» 1847 г. привела к длившейся несколько десятилетий дискуссии, приведшей в конце XIX столетия к изданию академического «Словаря русского языка» под ред. Я. К. Грота, который, хотя и опирался на материалы предшественников, по своему словнику, семантической разработке лексики, иллюстративному материалу и т. п. стал принципиально другим изданием с отчетливо нормативной направленностью. Работа была прервана смертью Я. К Грота и была доведена только до конца буквы Д. 

    В монографии рассказывается, как продолжение издания «Словаря русского языка», порученное А. А. Шахматову, в силу историко-диалектологических интересов последнего, привело к коренным изменениям словарной концепции: нормативно-стилистический словарь был трансформирован в историко-тезаурусный, что, в свою очередь, обусловило целый ряд последствий для характера и качества словарных материалов. Смерть А. А. Шахматова и революция 1917 г. прервали работу над словарем, и впоследствии издание пережило еще одну трансформацию: был реализован компромисс между толковым словарем современного языка и словарем тезаурусного типа, что в конечном итоге привело к закрытию словарного проекта.

    Из изданий, полностью принадлежащих советской эпохе, в монографии выделено два толковых словаря — «Толковый словарь русского языка» под ред. Д. Н. Ушакова и «Словарь русского языка» под ред. С. И. Ожегова. Первый из них преподносится как продолжатель нормативно-стилистической традиции, заложенной «Словарем русского языка» под ред. Я. К. Грота, зафиксировавший языковые изменения первых десятилетий советского государства и транслирующий современные словарю лексические, грамматические и орфоэпические нормы. Словарь С. И. Ожегова, задумывавшийся как компактная однотомная версия словаря под ред. Д. Н. Ушакова, оценивается как словарь строго нормативного характера, рассчитанный на самый широкий круг читателей. В заключении отмечается, что советская лексикография вступила в новый этап своего развития, на котором будут созданы новые лексикографические издания, в том числе Большой и Малый академические словари.

    Монография носит скорее учебный, чем исследовательский характер. Ее безусловным достоинством является помещение лексикографической проблематики в историко-культурологический контекст, интерпретируемый с научно-идеологических позиций середины ХХ в.