«Словарь русского языка XVIII века», разрабатываемый группой исторической лексикологии XVIII века, представляет собой словарь полного типа и содержит описание русской лексики на протяжении «большого XVIII века» — с 1695 по 1810 г.), т.е. от начала формирования литературного языка на национальной основе при Петре I до его установления в пушкинскую эпоху.
Материальной базой словаря является картотека, основанная в 1960 г. и насчитывающая на сегодняшний момент более 2 300 000 цитат. Цитатный материал также черпается из обширного собрания машиночитаемых версий текстов XVIII века (более 160 млн словоупотреблений на начало 2025 года). Словарь не является тезаурусом, т.е. не включает описание всех лексических единиц, зафиксированных в источниках. Ограничения словника касаются следующих групп и разрядов лексики: 1) не включены ономастика и топонимика (кроме отдельных мифологических, исторических и литературных имен); 2) выборочно даны наиболее представительные для текстов эпохи этнонимы; 3) сделаны ограничения для узкоспециальных слов в различных терминологиях и номенклатурах; 4) исключены многие окказионализмы, единично употребленные иноязычные слова, индивидуальные употребления некоторых слов.
Словарь совмещает при описании лексики синхронический и диахронический принципы — показ литературного языка нового типа как системы с отражением динамических процессов, происходивших в XVIII веке. Наличие в языке XVIII в. элементов, совпадающих с современными нам нормами словоупотребления, с одной стороны, и существенных отличий от современной нормы — с другой, определяет дифференциальный принцип толкования слов: полные и развернутые определения значений слова в одних случаях, кратчайшие указания на совпадение или соотнесенность значений с известными нам современными значениями слов — в других.
Библиография
1977
- Сорокин Ю. С. Что такое исторический словарь? // Проблемы исторической лексикографии. Л., 1977. С. 4–27.Аннотация
Обстоятельный "мастрид" от патриарха ленинградской исторической лексикографии с разбором классических антиномий, сопровождающих каторжный труд любого словарника, с ожидаемым прицелом на специфику диахронического описания языка.
Ответом на, казалось бы, тривиальный (как отмечает сам автор) вопрос, вынесенный в заглавие работы, становится рефлексия по поводу целого лабиринта парадоксальных нюансов, создающих основу для проблематизации основных аспектов словарной работы в новом ключе.
- Кутина Л. Л. Динамика семантической системы языка и возможные аспекты показа ее в лексикографии // Проблемы исторической лексикографии. Л., 1977. С. 28–39.Аннотация
Рассмотрены общий подход и способы показа динамических изменений в историческом словаре в условиях повышенной динамичности (в XVIII веке). Опыт составления словаря языка этого периода показывает необходимость распространения динамических характеристик в на уровень употребления как отправную точку семантической эволюции. Описаны технические приёмы показа динамических характеристик в словаре - набор графических символов (разноцветные треугольники), указание на синонимический ряд, в который входило слово в этот период, строки сочетаемости и семантические ромбы, демонстрирующие динамику синтагматических свойств слова, отдельный тип нумерации значний для архаических семантических структур.
1979
- Систематизация материалов словарных картотек (пособие для работников картотек) // Вопросы практической лексикографии: Сборник статей / Отв. ред. Р. П. Рогожникова. Л.: Наука, 1979. С. 129–148.Аннотация
Данное пособие обобщает опыт работы по систематизации Большой картотеки Словарного сектора (на основе которой создаются толковые, фразеологические, синонимические и др. словари русского литературного языка) и картотек Словаря языка XVIII в., Древнерусского словаря (ДРС) и Словаря русских народных говоров (СРНГ).
Каждой из перечисленных картотек посвящен раздел статьи. Затрагиваются такие вопросы, как выделение слова и словоформы, граница между вариантом и омонимом, понятие словесной подборки, как работают основные и отсылочные разделители, способы и этапы систематизации материалов, графика и орфография источников, описание грамматических и словообразовательных форм слов и нек. др.
1980
- Петрова З. М. Прилагательные на -ический в Словаре академии российской и в Словаре русского языка XVIII в. // Словари и словарное дело в России XVIII в. Л.: Наука, 1980. С. 143–156.Аннотация
Автор перечисляет, хотя и не исчерпывает круг проблем, касающихся лексикографического описания прилагательных, связанных по происхождению с иноязычной лексикой.
1995
- Кутина Л. Л., Сорокин Ю. С. «Словарь русского языка XIX в.» и его источники // Национальные лексико-фразеологические фонды / Отв. ред. Ф. П. Сороколетов. СПб.: Наука, 1995. С. 176–183.Аннотация
Статья посвящена проекту «Словаря русского языка XIX века», его принципам и эмпирической базе. Авторы статьи оспаривают формирующуюся в академической лексикографии тенденцию отказа от традиционной формулы современного русского литературного языка «от Пушкина до наших дней», из-за которой большое количество лексики XIX в. признается устаревшей (что, например, заметно по стилистической характеристике лексики в БАС-2).
С целью показать значимость языка XIX в. для современного русского языка предлагается создать (наравне с современным словарем) дифференциальный словарь русского языка XIX в., который показал бы эволюцию нормы. Такой словарь должен состоять из двух частей: первая будет включать лексику, имевшую хождение лишь в XIX в. и устаревшую к началу XX в., вторая — лексику, которая в XIX в. входила в состав неологии и вошла в современный литературный язык, таким образом, словарь будет представлять лишь те единицы, которые отражают диахронию. К другим особенностям словаря относятся: демонстрация исторического и социокультурного контекста бытования слов в языке, ориентация на норму и специфика единицы описания (не слово, а значение, устойчивое сочетание или фразеологизм).
Отмечаются особенности круга источников словаря. Во-первых, он должен быть широк и разнообразен в жанрово-стилистическом отношении. Во-вторых, для качественного отражения эволюции нормы должны привлекаться произведения не только первостепенных писателей, но и беллетристов второго и третьего плана; среди них могут быть и переводные произведения. В-третьих, должны быть привлечены пресса и периодика.
