В ответе на записку школьного учителя И. Х. Пахмана, выступившего с критикой четвертого выпуска академического «Словаря русского языка» (первого выпуска «шахматовской редакции»), А. А. Шахматов формулирует ряд своих принципиальных лексикографических установок. Прежде всего, словарь не рассчитан на использование в качестве учебного пособия, его главная задача — «зарегистрирование по возможности всех слов русского языка с указанием их значений и степени распространенности». В этой связи Шахматов формулирует свой известный тезис о том, что академический словарь должен полностью отказаться от любого проявления нормативности, ибо «главный и единственный авторитет в языке — это обычай, употребление».

Далее обосновывается отказ от гнездового расположения слов, которое «затруднило бы пользование словарем и вряд ли уменьшило бы его объем», в пользу алфавитного порядка. Объясняя, почему невозможно приводить в словаре указания на залог глаголов, А. А. Шахматов формулирует общую установку, связанную с отражением лингвистической теории в лексикографической практике, а именно: «не давать в словаре того, что подлежит еще исследованию и разработке». Кроме того, не подлежат фиксации в словаре такие формы слов (в частности, 1 лица ед. ч. глаголов), которые не подтверждаются эмпирическим материалом (хотя и легко образуются по регулярным языковым моделям). Обосновывается характер описания в словаре видовых пар глаголов: почему несовершенный вид приводится раньше совершенного.